Главная О МААП Юнг и юнгианцы Библиотека Ссылки Форум Блог Контакты dvds vitrina In English Карта сайта
 
Даже счастливая жизнь невозможно без доли мрака, и слово «счастливый» потеряло бы свой смысл, если бы оно не уравновешивалось печалью. Происходящие события следует принимать с терпением и самообладанием.
Карл Густав Юнг
 
 
 
 

Библиотека

 
Алхимическая интерпретация динамики аналитической группы

 

Анатолий Щербаков

 

Об авторе: Щербаков А.С., врач психиатр-нарколог, психотерапевт, г. Рязань, РОКНД.

 

Доклад, прочитанный на 2-ой ежегодной конференции по глубинной психологии и юнгианскому анализу «Русская душа и индивидуация»

 

 

«Алхимику следует избавиться от жажды и страха»

Фламель

 

 

В  сегодняшней практике не часто встречаются аналитики, работающие с группой. Мой личный 15-ти летний опыт работы в группах показывает, что групповая терапия не в почете у аналитических психологов. Обычно это связывают с тем, что сам К. Г. Юнг считал, что групповое сознание более примитивно, поэтому осложняет процесс индивидуации. Но личностное развитие невозможно вне контекста социальных отношений, и нахождение в группе обладает большим потенциалом к развитию личности. На мой взгляд, есть несколько причин, по которым мы нередко отказываемся от ведения аналитических групп:

 

- индивидуальный материал является  более подконтрольным осознаванию, нежели групповой;

- существует реальная опасность быть затянутым в архаичные слои. Эта опасность касается и аналитика, и участника группы, поскольку в группе  коллективное бессознательное проявляется активнее;

- персональный страх нахождения под аналитическим прицелом всей группы;

- сложнее отследить перенос каждого участника группы (соответственно и свои контрпереносы);

- страх перед сложностью непознаваемого процесса, поскольку он дается в понимании только тогда, когда оперируешь интуицией, откладывая рациональное знание в сторону.

 

В этой ситуации мы порой ссылаемся даже на особенности собственной личности (есть мнение о том, что большинство аналитиков интроверты) или опираемся на уже упомянутое мнение К. Юнга о более низком уровне группового сознания.

 

«Поскольку коллективное бессознательное является резервуаром психической энергии, то при подчинении ему коллективного сознания общество переживает его необычайную энергию как свою собственную, у общества как бы открывается новый источник силы. У общества исчезают сомнения в правильности своих действий и суждений, появляется ощущение всемогущества, что закономерно ведет к тому, чтобы силой заставить других подчиниться требованиям владеющего обществом коллективного бессознательного. Это явление носит название коллективной психической инфляции, она действует на коллективное сознание общества подобно сильному яду и быстро распространяющейся  инфекции, общество поражается психической пандемией. Коллективное сознание оказывается во власти архетипов бессознательного, действует по его моделям, и при этом  власть бессознательного не осознает».

 

Однако, в действительности, большая архаичность групповых процессов дает и гораздо больше  исследовательских, и терапевтических возможностей. Если систематически избегать этого, можно прийти к тому, что знания становятся оторванными от реальности.

 

Мне вспоминается юмористическая история о том как группа ученых - физиков отдыхала на пляже. Так вот, когда они собрались открыть бутылочку вина, у них не оказалось в наличии штопора. Мимо проходил бомжеватого вида человек, у которого они и попросили штопор. Он усмехнулся: - «У вас найдется зажигалка?»  Зажигалка тут же нашлась. Прохожий поднес зажигалку к горлышку бутылки, нагрел ее и легко вытащил пробку. Отдавая бутылку, он  сказал: - «Физику надо учить, мужики!».

 

Обладая теоретическими знаниями о проявлениях коллективного бессознательного мы избегаем встречи с ним в непосредственном опыте.

 

Э. Эдингер в своей работе «Эго и архетип» пояснял:

 

«Современный человек испытывает настоятельную потребность в восстановлении значимой связи с первобытным слоем психического. Это вовсе не предполагает компульсивное выражение бессознательно-первобытных аффектов, которое служит одним из симптомов диссоциации. Напротив, здесь речь идет о первобытном способе восприятия, при котором жизнь рассматривается как органическое целое. В сновидениях образ животного, первобытного человека или ребенка обычно отражает на символическом уровне источник помощи и исцеления. В сказках животное нередко показывает герою выход из трудного положения. Образы первобытного человека и ребенка выполняют целительную функцию, поскольку они символизируют наше неотъемлемое право на целостность, первоначальное состояние, при котором мы находимся в гармонии с природой и ее сверхличностными энергиями, осуществляющими руководство и поддержку. С помощью ребенка или первобытной личности, заключенной в нашей душе, мы устанавливаем связь с Самостью и исцеляемся от отчужденности. Для установления сознательной (а не бессознательной и не инфляционной) связи с ментальностью ребенка и первобытной личности мы должны научиться включать первобытные категории восприятия в наше мировоззрение, не отвергая и не нарушая наши сознательные, научные представления о времени, пространстве и причинности. Мы должны научиться применять первобытные способы восприятия к внутреннему (а не внешнему) миру на психологическом (а не физическом) уровне. Занимать позицию первобытной личности по отношению к внешнему миру значит быть суеверным. Но занимать позицию первобытной личности к внутреннему миру психического значит быть мудрым».

 

Даже тогда, когда мы ориентированы на индивидуальные процессы в профессиональной практике, - все равно, групп не избежать, – я имею ввиду обучающие группы. У них также есть своя динамика, хотя нередко приходится наблюдать ситуацию, когда ведущий занимает главенствующую позицию «над», и при этом воспринимает группу, как сумму личностей. Но группа всегда больше, чем сумма сознательного и бессознательного отдельных людей. В ней бурлят и образуются: настороженность, агрессия, доверие, отстраненность. Начинающий группаналитик, групповой терапевт, ведущий, может растеряться перед мощью и нуминозностью этих процессов. Поскольку книжные знания не спасают, приходится опираться на иррациональное знание, которое, несомненно, дано нам архетипически. Мы можем и умеем жить в группе, можем влиять на процессы. Но для этого необходимо обратиться к знаниям такого рода, которые гармонично соединяли бы внешние и внутренние стороны бытия. Наблюдая и участвуя в процессах, происходящих в группе и вокруг нее, я обращаюсь к таинственной практике алхимии.

 

Алхимические знания интуитивные, мистические, еще раз повторюсь, они нам даны архетипически. У нас есть априорно присутствующие знания, позволяющие успешно действовать, но мы обращаемся к рациональному и проигрываем. Чем больше теории в практике, тем больше информационных помех. Используя интеллект, мы силимся объяснить какое-либо явление, упуская его сущность, эмоциональное значение, действенность. Возможно, что именно это расщепление духа и материи не позволяет нам широко использовать возможности группы. Рискну предположить, что в индивидуальном анализе легко потерять то, что можно отработать в группе.

 

Так, например, в группе, и только в группе, человек имеет уникальную возможность прочувствовать опыт общения с другими, это качественно отличается от развития переноса исключительно на аналитика, где могут воспроизводиться тесные близкие связи. Но личность существует внутри многих систем отношений, не только близких, но и иных, социальных. Мы, в процессе индивидуальной работы, можем узнать о них только по рассказам клиента, в контексте его проекций и представлений, не приближаясь к реальности. С самых ранних лет человек входит в те или иные группы: ясли, садик, дети во дворе. Влияние этого опыта огромно. Нам досталось наследие классического психоанализа, где уделяется внимание преимущественно только детско-родительским отношениям, минуя групповые отношения.

 

Если посмотреть доступные материалы, то ни одна из алхимических традиций не описана достаточно полно современной наукой. Более или менее восстановлены лишь отдельные фрагменты алхимических систем. Споры ведутся по  всем основным вопросам, каковых множество. Это связано, прежде всего, с самим характером алхимических учений, имеющих отчетливо практическую направленность и предусматривающих трансформацию самого алхимика. Видимо дело в том, что понять алхимический процесс невозможно без прохождения всех стадий самим исследователем, т.е. не наблюдая процесс, а участвуя в нем изнутри. Хотя, представьте себе, один знаменитый тренер по плаванию совсем не умел плавать. Я также умолчу о психотерапевтах, щедро наделенных невротическими, и даже психотическими проблемами.

 

С. Марлан писал:

 

«Юнг увидел алхимию так, как никто до него и представить не мог. Алхимию по большей части считали историческим анахронизмом или относили ее только к эзотерике и оккультизму. Современники представляли алхимиков странными персонами, затворниками и отшельниками в своих лабораториях, безнадежно пытающимися превратить свинец в золото. Их процедуры считали бессмыслицей или, в лучшем случае, видели в них начало современной химической науки». 

 

Увидеть алхимию, как психологическое и символическое искусство – в этом был главный научный прорыв Юнга и ключ к пониманию ее тайны. Исследование алхимии привело Юнга к тому, что он увидел в ней фундаментальный источник, основание и подтверждение своей психологии бессознательного.

 

Алхимики в ходе работы с материалом трансформировали его и себя, т.е. совершали процесс сходный с аналитическим.

 

Позвольте еще одну цитату К. Юнга.

 

«Работа является трудной и усыпана помехами. Алхимический опус опасен. Вначале вы встречаете дракона, хтонический дух, дьявола, или, как его называли алхимики, «черноту нигредо», и эта встреча приносит страдание. «Материя» страдает до исчезновения черноты; на психологическом языке,  душа ищет себя в глубинах меланхолии, запертая в борьбу с тенью. Тайна конъюнкции – центральная мистерия в алхимии, нацелена на синтез противоположностей, ассимиляцию черноты, интеграцию дьявола… Говоря языком алхимиков, материя страдает, пока нигредо не рассеется, когда Аврора (заря) проявится «петушиным хвостом» и новый день прорвется лейкозисом или альбедо. Но в этом «состоянии белого» невозможно жить в истинном смысле этого слова, это абстрактное или идеально состояние. Чтобы оживить его, надо придать ему крови. Должно наступить то, что алхимики называли рубедо, красное. Только полное переживание бытия может трансформировать это идеальное состояние альбедо в нормальный человеческий режим жизни. Кровь может оживить сияющее состояние сознания, в котором исчезли последние следы черноты, где  дьявол больше не ведет автономного существования, а воссоединился с глубинным единством психики. Тогда Великий опус завершается: человеческая душа интегрирована».

 

Задача алхимии – объединить разрозненные элементы. Таким же образом аналитическая психология работает с диссоциациями психической жизни, пытаясь привести их к интеграции.

 

Мне лично, импонирует точка зрения Эдингера, который выделил семь образов, показывающих стадии алхимического процесса: кальцинация, растворение, коагуляция, сублимация, мортификация, сепарация и конъюнкция. Именно эти символы  трансформации дают «базовые категории для понимания жизни и психики и иллюстрируют почти полный спектр переживаний процесса индивидуации».

 

«Алхимия так значима для психотерапии, потому что ее образы конкретизируют опыт трансформации, через который проходит человек в психотерапии. Алхимия дает анатомию индивидуации. Ее образы более всего значимы для тех, кто испытал личный опыт бессознательного».

 

Для иллюстрации алхимических процессов, происходящих в группе, я взял малый алхимический свод Альберта Великого, точнее воспользовался его правилами и предупреждениями об ошибках.

 

Наипервейшее правило состоит в том, что сподобленный этому искусству должен хранить молчание и ни одной живой душе не выдавать его тайну. Ведь нет иного способа сохранить тайну, как не увеличивать число людей, в нее посвященных. Когда же тайна пойдет по рукам, она исказится, станет неистинной. Если утратишь тайну искусства, совершенства тебе вовек не достигнуть.

 

Казалось бы, это правило никак не относится к анализу и/или терапии. Но посмотрим реально на существующее положение в профессиональном сообществе в контексте научения таинству группового процесса. Это всегда закрытое, тайное знание. Множество ограничений и препятствий, с которыми сталкивается адепт, желающий приобщиться к практической части психологии: необходимое количество часов личного анализа и супервизий, наличие рекомендаций, это совершенно обоснованные меры, которые призваны охранить душу будущего клиента от и самого аналитика (терапевта) от повреждений. Так выглядит рациональное объяснение. Но есть, где-то в тени иррациональный пласт – сохранение тайны искусства во имя возможного совершенства.

 

Да и вообще, опыт показывает, что чем больше болтовни и огласки, тем меньше дела.

 

Второе правило — такое правило, согласно которому посвященный должен выбрать для работы соответственное работе место в особом доме, сокрытом от глаз людских. В доме этом должно быть две или три комнаты, в которых следует осуществлять необходимые операции над веществом — возгонку, растворение и перегонку. Подробности я поведаю тебе позже.

 

Третье правило. Необходимо строго блюсти время работы. Важно соблюдать, например, часы совершения возгонки и растворения. Скажем, результаты возгонки, совершенной в зимнее время, почти никакой ценности не имеют. Растворение и обжиг, напротив, можно совершать в любое время. Обо всех этих вещах я расскажу тебе, впрочем, в свое время (когда буду обсуждать все эти операции).

 

Полагаю, нет особенной необходимости долго останавливаться на необходимости соблюдать и границы терапевтического пространства, и рамки сеттинга. Я не случайно чаще говорю «терапия», а не анализ, ибо групповой анализ всегда терапия, исцеляющим фактором которой является сама группа.

 

Четвертое правило. Посвященному следует тщательно и упорно направлять свои усилия, без устали приближаясь к концу. Коли начнешь усердно, а потом ослабишь упорство, потеряешь все — все, что у тебя было, и все время свое.

 

Пятое наставление состоит в строгом соблюдении всего того, что принято в нашем искусстве. Во-первых, следует собрать воедино [все то, с чем должно работать]; во-вторых, нужно возгонять; в-третьих, сгустить вещество; в-четвертых, обжечь; в-пятых, растворить; в-шестых, перегонять; в-седьмых, осадить; и так далее, в строгом порядке. Если пытаться произвести тинкториальное превращение — изменение цвета вещества, — минуя возгонку, осаждение или перегонку, можно попусту растратить все порошки, потому что, высыхая по мере улетучивания жидкости, они быстро рассеятся. Или, скажем, возникнет желание окрасить уплотненные в сплошную массу порошки, кои прежде не были обработаны ни растворением, ни последующей перегонкой. В этом случае окажется невозможным достичь ни проникновения, ни хорошего смешивания с телами, предназначенными для [тинкториальных — цветовых] превращений.

 

Здесь хочется остановиться особо. Похоже, что древний алхимик предупреждает нас о столь распространенной ошибке групповых терапевтов, когда ведущий стремится привести группу к «единому знаменателю», игнорируя внутренние процессы, и личность каждого. Мне приходилось видеть группы, которые никак нельзя было назвать аналитическими, тем более терапевтическим.

 

Молодые ведущие часто страдают излишней авторитарностью. Имея на тот или иной процесс (явление) свое мнение, они упорно навязывают его участникам группы, ломая сопротивление своей главенствующей позицией. Часть группы улетучивается, причем покинувшие группу даже не могут объяснить причину, уходят без предупреждения, а оставшаяся часть занимает покорно-подчиненную позицию.

 

Неопытный интервизор не увидит отсутствие подлинных внутригрупповых процессов, подмененных единообразием, но более опытный взгляд обратит внимание на то, что группа превращается в персоно-ориентированную, имитирующую развитие. Ведущий же может долго ничего не замечать, считая группу вполне успешной. Такой фальшивый процесс особенно характерен для неуверенного в себе ведущего – алхимика, боящегося конфронтации участников, боясь выглядеть смешным, попасть в неловкое положение. Единообразие радует его глаз и ласкает нарциссическую личность. Настоящей групповой динамики в таких группах не больше, чем в воде с песком.

 

Шестое предписание настоятельно требует, чтобы сосуды, предназначенные для операций с водами или маслами, с участием огня или без такового, были либо из стекла, либо с внутренней стороны покрыты глазурью. Иначе приключатся многие беды. Так, если кислые воды поместить в медную посудину, стенки ее позеленеют, если в сделанную из железа или свинца — стенки этих сосудов почернеют, на них нападет порча (inficiuntur). Если же кислые воды налить в глиняный горшок, они проникнут сквозь пористые стенки глиняного горшка, и вся затея невозвратно пропадет.

 

И здесь вечные  вопросы – открытой или закрытой быть группе? Как соблюдать групповые границы? Реагировать на пропуски и опоздания? В каком порядке сидеть участникам? И еще – как предотвратить утечку информации. Опыт показывает, что никогда не следует жалеть времени на детальный анализ всех процессов, имеющих отношение к границам теменоса. Это может показаться скучным и ненужным, но нарушение этого правила может привести к полной профанации процесса и немыслимому его искажению. Пример из собственного опыта: некоторые участники аналитической группы параллельно посещали другую, психодраматическую группу, действующую в открытом режиме. Я заметил, что порой на  аналитической, группе с этими участниками происходило что-то непонятное. Они бессознательно использовали пространство аналитической группы, чтобы отреагировать процессы в психодраматической и наоборот. Их поведение стало сказываться на тех участниках, которые не посещали другую группу, они почувствовали себя вовлеченными в некий скрытый процесс, отреагировав настороженностью.

 

Глазурь и стекло – то правило, согласно которому запрещено иметь параллельные контакты. Это нечто хрупкое, промежуточный слой, он хрупок, как и все в групповых процессах, что зависит от доброй воли, но, в то же время, способный защитить от утекания своего и впитывания чужого.

 

Седьмое правило. Следует быть очень осторожным, особенно тогда, когда работаешь на глазах у твоих хозяев, могущественных властителей — монархов и князей. Две опасности, две беды стерегут тебя. Если тебе поручено некое златоискательское дело, они не перестанут терзать тебя время от времени расспросами: "Ну, мастер! Как идут твои дела? Когда, наконец, мы получим приличный результат?" И, не дождавшись окончания работы, они станут всячески глумиться над тобой. В результате тебя постигнут великое разочарование, унижение и великие беды. Если же, напротив, ты будешь иметь успех, они постараются задержать тебя в плену, где ты будешь работать им на пользу, не имея возможности уйти. Считай, что лишь из-за собственных слов и твоих собственных рассуждений ты попался в ловушку.

 

Воздержусь от комментариев – кажется, это про супервизию и коллег - конкурентов.

 

Наконец, восьмое предписание требует того, чтобы никто не начинал нужных операций без достаточных средств, не приобретя все необходимое, что используется в сем искусстве. Если ты начнешь алхимическое свое предприятие без достаточных на то средств, тебя ждет неудача. Ты потеряешь также все то, что было у тебя прежде.

 

Конечно, вопрос о знаниях. Хотя оборудование тоже необходимо. И для первого, и для второго придется потратить средства.

 

Теперь поговорим об ошибках, подстерегающих алхимика.

 

А сейчас в этом малом своде я поведаю тебе коротко и просто о том, как тебе следовало бы поступить, зачиная столь великое искусство. Но прежде я укажу тебе на всевозможные уклонения, ошибки и камни преткновения, встающие на пути подвижников этого искусства. Об эти препятствия многие — даже почти все — спотыкаются.

 

Я видел немало таких, кои с большим тщанием совершали процедуру возгонки, проходящую обычно наверняка, но не доводили до конца, спотыкаясь на непонимании изначальных принципов.

 

 А я даже видел таких, кто, не имея ни малейшего понятия о групповой терапии, весьма успешно начинали группу, добивались неплохих результатов, бесспорно, за счет интуитивного знания, но потом группа, к немалому удивлению ведущего, распадалась. Поскольку рано или поздно для каждого из нас наступает момент, когда знание базовых положений жизненно необходимо для процесса. Например, одно из правил групповой терапии гласит – не знаешь, что происходит – делай методологически правильно. Так, что мои призывы отказаться от теоретического знания в пользу интуитивного, нельзя понимать буквально. Буквальность лютый враг любого алхимического опуса.

 

Я видел и иных, хорошо начинавших, но склонных к выпивке и прочим глупостям. И они не доводили дело до конца. Я видел, например, и таких, кои хорошо умели вываривать, перегонять и возгонять. Но путь был длинным, и терпения им не хватало. Поэтому-то и они оставляли дело незавершенным.

 

А вы видели?

 

Мне попадались и такие люди, которые вполне владели истинным искусством и которые умело и терпеливо совершали разные операции, но теряли летучие начала при возгонке, потому что сосуды их были дырявыми. Усомнившись, они не шли дальше.

 

Вот здесь и про меня тоже. Когда долгое время работаешь в режиме открытой группы, трудно поверить в суровую необходимость закрытого режима, с единым составом и постепенным вхождением новых участников. Иногда, в начале практики казалось, что открытые группы работают, не менее эффективно, чем закрытые. Но чем больше групповая работа углублялась, становилась интроспективной, тем больше становилось ясно, что настоящей групповой мощной динамики можно добиться исключительно в условиях концентрации в закрытом герметично сосуде. Так, например, разница в агрессивных реакциях:

 

Реплика в открытой группе: «Я лучше помолчу, пусть говорят другие, которые всегда говорят. У других более серьезные проблемы» (насмешливо смотрит на Машу).

 

Реплика в закрытой группе: «Меня бесит, когда вы, Маша постоянно говорите о своих проблемах. У меня не хватает времени сказать о том, что меня беспокоит».

 

Из этих простых примеров видно, что участники открытой группы дают более обтекаемые, не нацеленные реакции. Закрытая группа позволяет действовать прицельно и интенсивно, но осторожности и внимательности закрытая группа требует больше.

 

Среди встреченных мною были и такие, что желали добраться до цели нашего искусства, но в нетерпении дождаться окончания дела слишком быстры были в совершении возгонок, перегонок и растворений. В результате летучие начала оказывались разложившимися, оскверненными (rubiginatos), а водные растворы и дистиллаты — взболтанными и взмученными. Так вот и рушилась вера сих нетерпеливых в истинность нашего искусства.

 

Вы тоже их встречали. Россияне пережили и отболели период мгновенных исцеляющее-развивающих групп. Я сейчас даже не о явно деструктивных методах, типа Лайф-спринг. Я о тренингах личностного роста - однодневках. Или 2 – 3-х дневках. Например, одна увлекающаяся клиентка посетила тренинг  «женской идентичности». В первый день она захлебывалась от восторга, активно рекомендуя сие мероприятие  всем подругам. Не преминула позвонить и своему терапевту, упрекнув его в том, что то, чем они занимаются 2 года, завтра к вечеру будет достигнуто. А потом пришла пристыженная и подавленная. Эйфория прошла, женская идентичность, видимо, тоже. Нельзя сказать, что это был плохой тренинг, все процессы достижения женской индивидуации были правильно выдержаны, все последовательности соблюдены. И…сжаты до 20 академических часов.

 

2 часа – нигредо, встреча с тенью, 2 часа – испытания, ну и так далее. В группе переживания достигают высокого накала (помним – концентрация плюс герметичность). Эта особенность позволяет достичь эффекта «быстрого эффекта», простите за тавтологию. Создается иллюзия, что проблема решена. Можно долго и кропотливо помогать женщине трансформировать образ себя, открывать свою подлинную привлекательность, а можно предложить женщинам попеть хором «Я прекрасна и соблазнительна» перед зеркалом. Эффект будет в обоих случаях, но подлинность и глубина его весьма различна. Впрочем, тренинги-однодневки имеют свою ценность – позволяют человеку поверить в возможность трансформации, поскольку дают такой чувственный опыт. А иногда посещение тренингов снимает страх человека перед группой.

 

Бывали и такие, которые терпеливо продвигались вперед, но по пути их ждала неудача, потому что им не хватало приличествующей их занятию выдержки и твердости. Ибо, как сказал поэт:

Коль смертные страхи мерещутся вам в благородном труде,

то и знания сущностей многих вещей не помогут,

- Вас ждет пустота в результате..

 

Выдержка и твердость – бесспорно необходимые личностные качества. Я уже косвенно упоминал, что личность и личностное развитие ведущего группы порой несправедливо забывается, а порой налагает ограничения. Так, можно сказать «я по типу личности не могу вести группы», и на том успокоиться. Труднее признать, что не хватает выдержки и твердости, качеств, которые можно и нужно развивать.

 

Наше искусство не для бедняков, ибо у каждого взявшегося за дело должно быть достаточно денег по меньшей мере года на два (например, чтобы заплатить за обучение анализу). Так, если кому-то случится ошибиться и потом начать все заново и продолжить начатое вновь, этот кто-то не должен впасть в нищету. Между тем как раз противоположному я бывал свидетелем не единожды.

 

А я бывал свидетелем, когда коллеги начинали заниматься групповой терапией, полагая, что она принесет больше денег, при меньшей трудозатрате. Но результат их разочаровал.

 

Мне встречались мастера, коим удавалось осуществлять чисто, хорошо многократные — до пяти раз — возгонки. Но на этом умение их кончалось. Если они шли дальше, то все больше и больше впадали в заблуждение и обман: они выбеливали медь, прибавляя к ней пять или шесть частей серебра, равно дурача себя и других.

 

Например, включали в группу 5-6 своих успешных клиентов, не зная основ алхимии, и  полагая, что группа после этого станет более конструктивной. Результат был смешным – «помещенные» клиенты становились деструктивней, а группа весьма сложной.

 

Я видел людей, которые возгоняли летучие, а потом, сгущая, осаждали их, надеясь с их помощью окрасить медь или олово. Когда же ничего не отпечатлевалось на меди или олове и не происходило проникновения окрашенных сгущенных летучих [начал] в металлы, ими овладевало сомнение в истинности [искусства].

 

Одного из этих людей я часто вижу в зеркале: трудный путь! Все правильно, все процессы понятны, а что-то не так. Спрашиваешь себя – а может, правда, группа это тупик? Но тогда я возвращаюсь к правилу о терпении.

 

Я видел тех, кто осаждал и сгущал летучие, нанося проникающее масло, до проникновения оного в субстанциальную массу. Затем они добавляли одну часть серебра на одну часть меди. При этом медь выбеливалась, становясь похожею на серебро по ковкости и прочим проверкам (examinationem), а по белизне могла выдержать двух- или трехкратное испытание и все-таки не была совершенной, потому что медь, прежде чем выбелить, не обожгли и не очистили от примесей. Недаром Аристотель говорит: "Я не верю, что металлы могут превращаться один в другой без того, чтобы прежде не быть превращенными (transformari) в первоматерию, то есть приведенными к состоянию золы обжиганием на огне. Вот тогда-то и возможно [превращение]".

 

Полагаю, что это про те ситуации, когда мы форсируем процесс, игнорируя скрытые признаки. Например: 2-3 минуты полного молчания у зрелой группы. Что это? Стоит ли анализировать, отбирая время у горячих тем? Часто не обращаешь внимание на такие мелкие «примеси», пока они не начнут мешать.

 

Я видел, наконец, и таких мудрецов, которые совершили возгонку и осаждение порошков и летучих, приготовили растворы и дистиллаты из этих порошков, сгустили, осадив их, и подвергли металлы обжигу, выбелив и выкрасив их массы. После этого им было возвращено твердое состояние и цвет, свидетельствующий то, что они стали Солнцем и Луной, по ковкости и прочим проверкам лучше природного [золота] и природного [серебра].

 

Путем невероятно сложных манипуляций алхимик получает вещество, которое, вообще говоря, есть в природе и просто так – потому, что нужно не вещество получить, а извлечь сущность из материи, ее подлинность, то есть Самость. А Самость есть и просто так, например, Солнце, но, что за польза невротику от Солнца? Он его и не видит, иногда даже боится.

 

Я не ставил задачу провести четкие аналогии между групповыми и алхимическими процессами, но подчеркиваю, что использовании принципов алхимии позволяет правильно диагностировать, влиять на групповой процесс.

 

Что сейчас происходит? На что похоже? Это быстрый процесс или медленный? Как действовать?

 

Например, агрессия, направленная на ведущего (извечный страх неуверенных): ее следует разбавить, то есть нивелировать, нейтрализовать, успокоить группу? Или, напротив, контейнировать, то есть сначала обозначить, усилить, то есть сгустить, для чего, конечно «подбавить огня». Или внезапная настороженность, недоверие, то есть нежелание вступать в реакцию: что тормозит? Может, есть какие-то несовместимые элементы? Или теменос неплотно закрыт? Соблюдены ли границы, нет ли отдельных факторов, мешающих раскрытию (робость ведущего, к примеру, или его скрытая неприязнь к участникам). Сейчас, в рамках доклада я излагаю достаточно рационально, но, находясь в группе, образы и метафоры возникают мгновенно, непосредственно указывая, что именно происходит.  

 

Динамика аналитической группы… Каждый участник, включая ведущего, имеет свой характер и личную историю, наполненную опытом, ожиданиями, страхами, желаниями и разочарованиями. Этот материал помещается в нужный алхимический сосуд, который является не только психологическим, но и социальным. Весь материал собирается, подвергается обработке, расплавляется и кристаллизуется, меняет цвет и консистенцию. Выдерживается определенное время для соединения элементов и, наконец, оценивается полученный продукт.

 

В этой образной системе возникает самое главное таинство – трансформация души путем естественных изменений.                              

 

 

Литература


К.Г. Юнг, Психология и алхимия, М., Рефл-бук, 1998

К.Г. Юнг. Психология бессознательного, М., Канон, 1994

С. Марлан.
 Алхимия. http://www.maap.ru/library/book/105/

Э. Эдингер. Эго и архетип, М., Пентаграфикс,
2000 г.

Edward F. Edinger
. Anatomy of the Psyche: Alchemical Symbolism in Psychotherapy, Open court, 1985

Альберт Великий. Малый алхимический свод. (Libellus de Alchimia): http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Science/Article/alb_malalh.php


 

 
  О НАС
О МААП, Преподаватели, Московские юнгианские аналитики, Контакты
  САМОПОЗНАНИЕ
Психологические фильмы, Работа со сновидениями, Открытый Юнгианский лекторийКниги для самопознания, Книги для обученияБиблиотека
  КОНСУЛЬТАЦИИ
Кто такой аналитик, Детское консультирование, Родителям Ближайший аналитик, Виртуальный аналитик .
  БАЗОВЫЕ ПРОГРАММЫ
Расписание, Юнгианская психотерапия, Детский психоанализ, Записаться на обучающий курс, Дистанционное обучение
  КРАТКОСРОЧНЫЕ ПРОГРАММЫ
Расписание, Мифологическое в терапии, Типология личности, Таро, Песочная терапия, Психосоматика, Символдрама, Записаться...
  РЕГУЛЯРНЫЕ ГРУППЫ
Киноклуб, Литературный клуб, Родительский клуб, Сновидческая группа, Практика юнгианского анализа, Коллоквиумы, Лекторий по мифологии
  ВЫЕЗДНЫЕ ПРОЕКТЫ
Региональная программа, Преподаватели, Шаттловый анализ и супервизия
  КОНТАКТЫ
МААП, РОАП, В регионах РФ, В ближнем зарубежье
  БЛОГИ
ЖЖ, LiveInternet, ВКонтактеМойМир
 

ЕЩЁ НА САЙТЕ
Фотогалерея К.Г. Юнга, Юнг и юнгианцы, Цитаты, Рецензии, Дипломные исследования

  ЕЩЁ НА САЙТЕ
Аудио-видео материалы, Клинический центр  
 

ЕЩЁ НА САЙТЕ
Карта сайта, Написать админу, Ссылки, Форум, English, Архив событий ...